Диктатура Сталина в годы войны

ПечатьE-mail


Великая Отечественная... 1418 дней и ночей бушевал огонь войны,
убивая людей и уничтожая все,  что было создано их трудом.  Десятки
миллионов сыновей и дочерей потеряла наша Родина - мать. Нет семьи,
которой бы не коснулась война.  Чем измерить глубину утраты и  силу
нашей скорби?  Даже теперь, столько лет спустя после Победы, матери
ждут сыновей, жены - мужей, дети - отцов. Память и надежда. Они жи-
вут всегда с нами и в нас.
Не изжиты пока и известные по военным  временам  Представления:
"какая  война без жертв",  "война спишет все",  "победителей не су-
дят".  И хотя сегодня уже трудно кого-либо убедить в Том,  будто не
было грубых просчетов руководства СССР накануне и в ходе войны, не-
оправданных потерь,  мы нередко все еще пытаемся объединить добро и
зло в ее истории под высокими словами "героическое и трагическое".
С полным основанием мы пишем о прогрессивном воздействии  разг-
рома фашизма на развитие всего человечества,  подчеркиваем решающую
роль СССР.  Но победа, сохранив и упрочив независимость нашей стра-
ны,  одновременно укрепила диктатуру Сталина; она разрушила фашист-
ские режимы в странах Центральной и Юго-Восточной Европы,  но расп-
ространила на них влияние сталинизма.  Имперские тенденции сталинс-
кой дипломатии,  общая ее профессиональная  ограниченность  явились
одной из предпосылок возникновения "холодной войны". Этому способс-
твовали и огромные военные потери СССР,  породившие самоуверенность
правящих кругов НАТО.
Односторонне истолкованы пока источники победы. Наукой признаны
исключительная роль овладевшей массами идеи защиты социализма, при-
обретшего новое содержание патриотизма, исключительное мужество ар-

- 3 -

мии и народа, их способность превзойти противника в военном искусс-
тве и технике.  Однако историки,  по существу, глубоко не исследуют
антиисточник - сталинизм, удесятеривший жертвы народа. Не преодоле-
ны различные проявления персонификации истории.  Место народа и ар-
мии  в наших трудах все еще занимают Сталин,  его окружение да сот-
ня-другая героев-одиночек. Из числа источников победы выпал и геог-
рафический  фактор,  в  отдельные  периоды войны оказавший решающее
влияние.
Но главное - пока не определена полностью цена победы,  историю
войны нельзя считать  исследованной.  Во  всем  комплексе  вопросов
здесь  неизбежно выделяется ответственность за неисчислимые жертвы.
Именно нежелание раскрывать это и обусловило во многом  фальсифика-
цию военной истории.
В умах советских людей мысль о том,  какой же  ценой  досталась
победа, возникла давно. Еще 25 июня 1945 года, на другой день после
парада на Красной площади, А. Довженко, например, с горечью отмечал
в  своем дневнике:  в "торжественной и грозной речи" маршала Жукова
"не было ни паузы,  ни траурного марша, ни молчания". Как будто эти
"тридцать,  если не сорок миллионов жертв и героев совсем не жили".
"Перед великой их памятью,  перед кровью и муками не встала площадь
на колени, не задумалась, не вздохнула, не сняла шапки".
Нельзя сказать,  что в период войны у нас совсем не упоминали о
павших.  Приказы  содержали фразу "вечная слава героям...",  Однако
число их тщательно обходили молчанием,  фарисейски сообщая том.ко о
колоссальных потерях немцев. Уже 3 июля 1941 года "великий стратег"
объявил о разгроме "лучших дивизий врага", а 6 ноября, совсем утра-
тив чувство меры,  утверждал, что Германия истекает кровью, потеряв
4,5 миллиона солдат и офицеров. По окончании войны Наркомат обороны
СССР  нарушил нравственную традицию цивилизованных народов,  требо-
вавшую опубликования поименных списков погибших и пленных. Первона-
чально упоминалось о 7 миллионах погибших.  Хрущев назвал иное чис-

- 4 -

ло:  20 миллионов.  Брежнев в 1965 году говорил:  "более 20 миллио-
нов".
А что историки?  Они бездумно повторяли эти цифры.  В некоторых
разделах  12-томной  истории второй мировой войны приведены разроз-
ненные сведения о потерях Красной Армии,  например,  в операциях за
рубежом.  Однако  до сих пор неизвестны точное число погибших воен-
нослужащих,  включая пленных, распределение боевых потерь по перио-
дам войны, видам вооруженных сил, фронтам, армиям, операциям, соот-
ношение потерь двух враждебных коалиций. Попрежнему можно встретить
примитивные  попытки выдать общие потери восточного фронта вермахта
за количество одних лишь убитых,  сопоставления потерь только Крас-
ной  Армии с общими потерями вермахта и его союзников.  В последние
годы,  когда отдельные советские ученые начали углубленное изучение
проблемы,  речь пошла уже о 27 миллионах погибших граждан СССР. Од-
нако и эту цифру, думается, нельзя считать окончательной.
Число погибших наших военнослужащих, по разным данным колеблет-
ся от 8 до 14,  даже до 22 миллионов.  Восточный же фронт вермахта,
по данным историков ГДР и СССР,  потерял 2,8 миллиона.  Соотношение
этих потерь составит не один к одному, как до сих пор считают неко-
торые авторы, а по меньшей мере три - пять к одному. В правомернос-
ти сопоставления жертв двух  армий,  наиболее  активных  участников
враждебных коалиции, едва ли можно сомневаться.
Громадны и материальные затраты СССР.  Их изучение также далеко
от совершенства.  Весьма важные вопросы даже не поставлены. Скажем,
насколько  целесообразным  и  эффективным  оказалось  экономическое
обеспечение  обороны  до начала войны,  во что обошлись отступление
армии До Ленинграда, Москвы, Сталинграда, Ставрополя, перебазирова-
ние производительных сил в безопасные районы и другое,  Не осущест-
влен и сравнительный анализ материальных потерь государств,  участ-
вовавших в войне.


- 5 -

ЦЕНА   ПОБЕДЫ

Почему цена  победы  СССР  оказалась  столь неимоверно великой?
Отечественной и зарубежной историографии наряду с научным прослежи-
ваются  апологетический  и  нигилистический подходы к решению этого
вопроса. Первому свойственны умолчание, преуменьшение негативного в
сталинском  руководстве войной,  попытки объяснить явные просчеты и
провалы некими внешними обстоятельствами.  Так,  ответственность за
громадные  жертвы  среди  мирного  населения и другой ущерб целиком
возлагают на оккупантов.  Конечно, агрессор с его человеконенавист-
ническими  намерениями  и  человекоубойной промышленностью на самом
деле повинен во всем,  но лишь в конечном  счете.  Ведь  правомерно
поставить прямые вопросы:  а кто пустил его в наш дом, как оказался
он в глубине чужой земли,  кто позволил ему истребить миллионы без-
защитных людей,  захватить или уничтожить громадные ценности? Война
шла в основном на нашей территории. По некоторым областям ее желез-
ный  каток  прошелся  несколько раз.  Необходимо также исследовать,
всегда ли приказы Сталина о "выжженной земле" были оправданны. Так,
ряд специалистов сомневается в целесообразности тотального разруше-
ния партизанами железных дорог в тылу врага перед наступлением  со-
ветских войск.
В немарксистской литературе можно встретить иной подход: проти-
вопоставление  "беспощадного  использования  людских масс советским
руководством,  бережливому введению в бой  людей  с  использованием
больших материальных средств англо-американским".  Эта схема объяс-
няет лишь часть известных фактов. Нельзя отрицать прямую связь меж-
ду  огромными  потерями Красной Армии (потери вооруженных сил США и
Англии соответственно 405 тысяч и 375 тысяч) и уровнем  сталинского
руководства. Нужно учитывать, однако, и крайне несправедливое расп-
ределение военных усилий внутри антифашистской коалиции. Б то время
как СССР сковывал главную мощь общего противника,  США и Англия на-

- 6 -

капливали оптимально необходимые силы и средства,  свободно выбирая
время, образ и места действий, К тому же СССР сразу попал в чрезвы-
чайно тяжелую ситуацию: он вступил в войну, не имея ни одного союз-
ника.  Во всем этом не обошлось,  конечно,  без грубых просчетов во
внешнеполитической деятельности Сталина и его окружения.
Мнению зарубежных специалистов в чем-то созвучны суждения край-
него толка,  появившиеся недавно в отечественной литературе:  якобы
вообще и не было нашей победы,  поскольку ее добились такой кровью;
что виновников неоправданных потерь надо исторгнуть из истории; что
мы закончили войну,  не умея воевать, залили кровью своей, завалили
врагов своими трупами.  Но "не умеющий воевать" не победил бы и це-
ной 1:  5.  Кстати,  зарубежные военные историки, подчеркивая вклад
Красной Армии в дело победы,  не сбрасывают со счетов  успешных  ее
операций, особенно 1944 - 1945 годов.
Оба отмеченных подхода к решению проблемы методологически близ-
ки,  ибо только восхваление или только отрицание - односторонни. Их
носители не видят противоположных тенденций в  развитии  советского
общества  вообще и в военный период в частности,  все еще отождест-
вляют социализм со сталинизмом,  народ и армию - с "великим страте-
гом".
Отвергнув обе эти крайности,  обратимся к  причинам  непомерных
потерь СССР,  главная среди которых,  на мой взгляд,- уровень руко-
водства подготовкой обороны страны и ведением войны со стороны Ста-
лина и ряда его ближайших советников. Уровень, отмеченный диктатом,
некомпетентностью,  бюрократизмом, жестокостью. Эти черты руководс-
тва  характерны для всего периода сталинизма.  Во время же войны их
проявления не только не ослабли,  как полагают некоторые исследова-
тели,  а,  напротив,  усилились.  Несомненно, при абсолютной личной
власти Сталина,  при сосредоточении в его руках всех ключевых руко-
водящих  постов  в партии и государстве названные черты не могли не
получить и действительно получили широкое распространение и  в  об-

- 7 -

ществе в целом.  Больших и малых носителей дилетантизма и произвола
было много и на фронте и в тылу.  И тем не менее нет оснований  ут-
верждать, что эти черты стали всеподавляющими. Наряду с ними и воп-
реки им с каждым годом войны росли опыт и профессионализм полковод-
цев,  командиров, красноармейцев, развивалась инициатива тружеников
тыла.
Напомним, что с конца 20-х годов,  прилагая нечеловеческие уси-
лия,  советские народы осуществляли гигантское оборонное строитель-
ство.  Чуть ли не вся деятельность правительства,  экономика страны
были подчинены этой цели. Сюда были брошены лучшие научные и техни-
ческие кадры,  огромные средства. В середине 30-х годов РККА факти-
чески не уступала ни одной армии мира.  Как считает военный историк
Й.  Хоффманн (ФРГ), "Красная Армия в 1935 - 1936 годы во всех отно-
шениях представляла собой современные вооруженные силы". Автор име-
ет в виду вооружение, обучение, командный состав и знание вероятно-
го противника.  Напомним также,  сколь безошибочно определял маршал
Тухачевский  главное - антисоветское - направление возможной агрес-
сии, подготовку Германией "могучей армии вторжения", основу которой
составят  "воздушные и быстроподвижные силы",  сколь точно угадывал
он намерение путем "внезапных, молниеносных ударов" перенести воен-
ные действия на территорию противника.
Однако произошло нечто совершенно иррациональное и  чудовищное,
Перед  самым  нападением фашистской Германии на СССР было необосно-
ванно репрессировано около 40 тысяч командиров Красной Армии,  при-
чем преимущественно тех,  кто разделял передовые военностратегичес-
кие взгляды.  "Если бы не разгром военных кадров,- утверждал  впос-
ледствии генерал А.  В.  Горбатов,- мы немца не то что до Волги, до
Днепра бы не допустили".  "Без тридцать седьмого года,-  по  мнению
маршала А.  В. Василевского,- возможно, и не было бы вообще войны в
сорок первом году".
Уже неоднократно отмечалось, что потеря лучших кадров отбросила

- 8 -

армию на многие годы назад.  Именно на это Гитлер и  его  советники
делали  ставку.  По  данным его адъютанта Н.  фон Белова,  накануне
"Барбароссы" фюрер говорил о Красной Армии как о "войске без  руко-
водителей".  Обезглавливание  армии  оказало пагубное влияние на ее
моральное состояние в целом,  неизбежно усиливая атмосферу  недове-
рия, порождая среди командиров привычку чутко улавливать настроения
начальства, предпочитать лакировку, безгласность. Упала дисциплина,
наметился  определенный отрыв командного состава от рядовых красно-
армейцев.  Этому способствовали,  в часности,  включение в воинские
уставы весьма жестоких положений,  согласно которым командир должен
был применять для восстановления порядка силу и оружие,  а  в  годы
войны - официальное учреждение института ординарцев,  введение дру-
гих офицерских привилегий.
Военными историками еще фактически не изучено,  в какой степени
повлияли на вооруженные силы бюрократизация,  дегуманизация,  деин-
теллектуализация общества, свойственные той эпохе; был ли у Сталина
и его советников вообще какой-либо научно обоснованный конструктив-
ный план военного строительства,  развития вооруженных сил, армейс-
ких и флотских партийных организаций.  Чем объяснить, например, из-
вестную  чехарду  с  отменой и введением института комиссаров перед
войной и в начале ее?  Не ясно, что из военно-теоретического насле-
дия репрессированных полководцев было воспринято Сталиным и его ок-
ружением,  были ли последние вообще вооружены тем,  что  называется
военной доктриной. На какой почве возникли лозунги "перенести воен-
ные действия на территорию врага", "ответить тройным ударом на удар
поджигателей войны",  ставка на революционный взрыв в тылу агрессо-
ра,  расчет на легкую победу малой кровью? Ведь эти лозунги не были
обеспечены в боевом отношении ни количественно, ни качественно. Бы-
ло ли это заблуждение или блеф,  предстоит еще изучить.  Сейчас  же
можно только с уверенностью сказать,  что производство многих видов
вооружения,  известных перед войной,  отставало или вообще не  было

- 9 -

организовано.  Среди  них - дальние бомбардировщики,  авиадесантная
техника, ракетные системы, в том числе и большой дальности.
Поражения 1941 - 1942 годов привели к безвозвратной потере зна-
чительной части кадровой армии вместе с большим количеством  воору-
жения, оккупации противником громадной территории с основными цент-
рами оборонной промышленности. В приказе НКО от 23 февраля 1942 го-
да  причины  такой  катастрофы Сталин свел к внезапности нападения.
Однако в том же приказе он назвал этот фактор "привходящим"  и  уже
"исчезнувшим".  В  действительности к февралю 1942 года фактор вне-
запности отнюдь не был "израсходован полностью", как утверждал Ста-
лин.  Его вредные последствия будут действовать даже после 1945 го-
да.  Кроме того,  "великий полководец" еще не раз столкнется с этим
фактором  - от летнего (1942) наступления вермахта до его непредви-
денного сопротивления на Зееловских высотах под Берлином.

ШОК   ПОРАИВШИЙ   РУКОВОДСТВО

Следует заметить,  что военная наука издавна относила к важней-
шим факторам войны и время. Внезапность же как раз и лишает против-
ника преимуществ этого фактора и тем самым чрезвычайно ослаб:  ляет
его.  Характерно,  что  впоследствии  Сталин в свои пять "постоянно
действующих факторов победы" не  включил  не  только  время,  но  и
пространство.  Может быть,  именно потому, что о них невыгодно было
вспоминать: он отдал их противнику.
Да, нападение было внезапным,  но в каком смысле? Информацией о
намерениях противника располагали очень  многие  -  от  Сталина  до
красноармейцев  приграничных округов.  Правда,  ей не разрешали ве-
рить, ее распространение каралось. Во всяком случае, нападение было
той неожиданностью,  которую ожидали. Внезапность скорее состояла в
том,  что наши войска не были приведены в боевую готовность. Сталин
запретил элементарно необходимые мероприятия, предусмотренные уста-

- 10 -

вами, Берия жестко контролировал этот запрет.
Внезапность - это и шок,  поразивший руководство,  В первые дни
Сталин находился,  по оценке адмирала И.  С.  Исакова, в состоянии,
близком к прострации.  Гибли целые армии,  а он уединился на даче в
Кунцеве.  Вся ставка,  по мнению генерала А.  В. Хрулева, в течение
первых недель не могла выйти из состояния паралича.  Нечто подобное
повторится со Сталиным в октябре - ноябре,  когда он замыслит реше-
ния  о сдаче Москвы и мирном зондировании в отношениях с Германией.
Об этом свидетельствуют Жуков,  Микоян и другие очевидцы. Внезапным
для  командования  и армии было и возникновение на центральном нап-
равлении  многократного  превосходства  противника.  Это  произошло
вследствие произвольной отмены Сталиным плана Генерального штаба, в
целом безошибочно определявшего направление главного удара  вермах-
та.
Кто ответствен за внезапность, а следовательно, и за первые сла-
гаемые цены будущей победы?  "Вероломный враг", "благодушные и бес-
печные" бойцы, "перепуганные интеллигентики", как утверждал Сталин?
или, может быть, развернуть армию е позволило само "вторжение", как
заявляют отдельные авторы,  явно меняя местами причину и следствие?
Ничего подобного.  Внезапность обусловливают не только профессиона-
лизм и вероломство агрессора,  но и беспечность  объекта  агрессии.
Еще в начале ХХ века было аксиомой:  войны империалистами не объяв-
ляются,  а начинаются внезапно. Эта мысль в 30-е годы была отражена
в советских армейских уставах, получила разработку в трудах ученых,
в том числе и на опыте вермахта 1939 - 1941 годов.
за внезапность  ответственны прежде всего "вождь" и его приближен-
ные:  армия не была приведена в боевую готовность  по  прямой  вине
Сталина,  Молотова,  Тимошенко. Несут определенную долю ответствен-
ности Генштаб и командования западных  округов,  не  использовавшие
имевшиеся возможности (за исключением флота).
Да, противник был лучше отмобилизован.  Но не потому,  что некие

- 11 -

"агресивные нации", как пытался доказать Сталин в 1945 году, всегда
лучше подготовлены к войне,  чем "миролюбивые нации". Подобные экс-
курсы в теорию несостоятельны, ибо дело тут не в свойствах наций, а
в уровне их руководства, способности к трезвой самооценке. А в атом
плане и противник оказался не на высоте. Специалисты из ФРГ доказа-
ли,  что,  планируя нападение на СССР, вермахт абсолютизировал опыт
своих "походов" 1939 - 1941 годов и переоценил свои силы.  Это яви-
лось главной причиной краха гитлеровского плана скоротечной  воины,
а значит,  и всей агрессивной программы фашистов. Германия и ее со-
юзники не были способны вести длительную войну против  СССР  и  его
союзников. Иными словами, вермахт имел немалый опыт, но не сумел им
воспользоваться.
Нечто похожее  произошло и в обезглавленной Красной Армии.  Со-
ветские мемуаристы, в частности Василевский, свидетельствовали, что
у нас не сумели учесть даже опыт войны в Испании,  в которой прини-
мали участие советские добровольцы.  Все обобщения наиболее прозор-
ливых военных деятелей, подвергшихся репрессиям, объявлялись "враж-
дебными".  Так распорядились с наследием Тухачевского, с обобщенным
в  Красной  Армии опытом ведения партизанских действий.  Летом 1941
года советским патриотам в тылу  врага  пришлось  начинать  борьбу,
почти не имея четких представлений о ее особенностях.  Иными слова-
ми, неумение или нежелание Сталина и его советников максимально ис-
пользовать и свой, и чужой опыт способствовали неудачам, многократ-
но умножали цену успеха.
Восточный поход  вермахта  вовсе не опирался с самого начала на
военно-экономический потенциал всех стран,  захваченных.  Германией
или  зависимых от нее,  как это часто у нас подчеркивают.  Подобное
утверждение фактически смыкается с фашистскими мифами о "непревзой-
денной  силе  германского оружия",  о Красной Армии как "колоссе на
глиняных ногах", "крестовом походе Европы против большевизма". Вер-
махт  в июне 1941 года лишь в незначительной мере,  использовал ре-

- 12 -

сурсы этих стран:  западногерманские ученые Г.  Амброзиус и В. Хуб-
бард  показали,  что "полный охват и эффективное использование всех
ресурсов были осуществлены лишь (курсив мой.- А. М.) во второй фазе
войны, начиная с 1942 года, когда стратегия скоротечных войн уже не
функционировала и экономика должна была быть  перестроена  на  дли-
тельную войну",  Когда же Германия привлекла большую часть этих ре-
сурсов,  она уже стала безнадежно отставать в  военно-экономическом
отношении  от  СССР.  Гитлер так и не смог "абсолютно все подчинить
войне", как утверждают некоторые наши военные историки. Сказывались
и  особенности  капиталистической экономики того времени,  действия
патриотов-антифашистов., опасения германских властей за свои тылы.
Повторяя версию  о военно-техническом превосходстве вермахта 22
июня,  ряд наших историков приводит общее число немецких  танков  и
самолетов, а со стороны Краснои Армии - число машин только новейших
образцов. Между тем с января 1939 года до начала войны наша промыш-
ленность  поставила армии около 18 тысяч боевых самолетов,  свыше 7
тысяч танков различных - новых и не новых - конструкции. Техника не
новейших образцов, и это показала война, могла быть успешно исполь-
зована в деле.
По западногерманским  данным,  по вооружению,  броневой защите,
проходимости немецкие танки 1941.  года не удовлетворяли требовани-
ям,  которые были предъявлены к ним на Востоке.  Это относится.  не
только к танкам и не только к немецким,  но и трофейным. В томе 4-м
официозного 10-томника "Германская империя и вторая мировая война",
изданного в ФРГ,  показано:  вся трофейная техника,  за исключением
части французского автотранспорта и чешских танков,  использовалась
вермахтом в учебных,  охранных и иных целях вне восточного  фронта.
"...Решение  напасть на СССР не было обеспечено достаточно энергич-
ными мерами в области вооружения,- подчеркивается в этом  издании.-
Его производство не было соотнесено с потенциалом противника,  пос-
кольку немецкое руководство исходило из того, что сможет уничтожить

- 13 -

военный потенциал Советского Союза в течение нескольких недель име-
ющимися средствами...  22 июня 1941 года дивизии вермахта с  лучшим
оснащением были сосредоточены лишь вокруг танковых групп, в то вре-
мя как в брешах и на флангах использовались в основном дивизии  ма-
ломощные и малоподвижные. В целом восточная армия вермахта произво-
дила впечатление лоскутного одеяла. Это не отвечает высказывавшему-
ся  в послевоенной литературе суждению о том,  что Гитлер с помощью
маневренной экономики скоротечной войны и ограбления оккупированных
территорий смог мобилизовать против СССР мощную, однородно оснащен-
ную армию".
В застойные годы ряд историков и мемуаристов муссировали тезис:
"история отвела нам мало времени". Внешне сакраментальный, он скры-
вает  еще одну неправду.  СССР 22 июня 1941 года далеко не исчерпал
свои возможности для укрепления обороны.  Уже к концу 1942 года его
индустрия догнала промышленность Германии, хотя и находилась в нес-
равненно более тяжелых,  чем до войны,  условиях, а в 1943 году пе-
регнала ее и по количеству,  и качеству оружия.  И это при том, что
лучшие специалисты оборонной промышленности были репрессированы,  а
предвоенная работа отличалась настроениями самоуспокоенности и фак-
тами головотяпства,
К концу  войны благодаря титаническим усилиям всей страны Крас-
ная Армия превзошла противника в профессиональном отношении, однако
зачастую  использовала далекую от профессионализма своеобразную ме-
тодологию:  "победа любой ценой". "Мы за ценой не постоим" - отнюдь
не песенный образ.  Это способ действия Сталина и многих его подчи-
ненных.  Известно его постоянное требование не  останавливаться  ни
перед какими жертвами. Наиболее одиозный характер носят приказы 270
(1941 года) и 227 (1942 года).
Первый из  них объявлял "предателями" всех военнослужащих Крас-
ной Армии,  попавших в плен.  Подвергались преследованиям  и  семьи
оказавшихся в плену командиров.  Такой приказ, по сути, компромети-

- 14 -

ровал Советское государство,  он противоречил международному праву,
в частности принципу презумпции невиновности.  Не отрицая отдельных
фактов преднамеренного перехода на сторону врага,  необходимо  под-
черкнуть,  что  подавляющее большинство людей попали в плен по вине
командования.  Оно,  а не эти люди, честно выполнявшие свой долг, и
должно  было  нести  ответственность.  Сложившаяся  по вине Сталина
практика относительно этих людей,  в том  числе  лишение  их  льгот
участников  войны,  противоправна,  поскольку  понятия "оказаться в
плену" и "сдаться в плен" далеко не тождественны.
Как реакцию Сталина на поражения под Ленинградом,  в Крыму, под
Харьковом (вследствие его же просчетов) нужно рассматривать и  жес-
токий приказ 227.  Пропаганда назвала этот приказ "Ни шагу назад!",
но с таким содержанием и до этого издавалось  немало  распоряжений.
Вновь  оправдывая  себя,  Сталин на этот раз обвинил,  по существу,
всех командиров и бойцов в "недисциплинированности", хотя громадное
их  большинство  проявило  мужество и преданность Советской Родине.
Сталин в этом приказе открыто заявил,  что он,  по примеру Гитлера,
спасавшего свой фронт от развала зимой 1941/42 года,  вводит штраф-
ные батальоны и заградительные отряды. И в военном отношении приказ
был ущербным.  Он воспрещал любой отход,  в том числе и оправданный
интересами маневренной войны,  что вело к новым безрассудныи  поте-
рям.
Проявления дилетантства в военном деле, бюрократизма, безразли-
чия  к  судьбам людей сопровождали нас до конца войны.  Характерны,
скажем, такие примеры. Один из руководителей артиллерийской промыш-
ленности,  М.  3. Олевский, сообщал, что уже в 1944 году ее возмож-
ности значительно превысили потребности фронта.  Возникает, однако,
вопрос:  кто  и как исчислял эти потребности,  если и в 1944 - 1945
годы советские войска нередко шли в атаку после явно  недостаточной
артиллерийской подготовки, умножая наши потери? Генерал Н. А. Анти-
пенко, бывший в свое время заместителем командующего 1-го Белорусс-

- 15 -

кого фронта по тылу, с гордостью заявлял в докладе на конференции в
1985 году,  что во время Берлинской операции удалось "сберечь"  ог-
ромное  количество  снарядов.  И это при 100-тысячных людских поте-
рях...  О подобной "экономии" прямо или косвенно свидетельствуют  и
другие многочисленные факты.
Пора задаться и такими вопросами:  почему мы до сих пор считаем
убитых  и  пропавших без вести с точностью до миллионов,  почему до
сих пор не погребены останки сотен тысяч безымянных бойцов,  погиб-
ших во время войны, а Министерство обороны переложило это на иници-
ативные группы комсомольцев и даже пионеров?
Известно, что у нас практически нет семьи, в которой не было бы
жертв войны. СССР потерял десятки миллионов наиболее активных и де-
еспособных граждан.  Память о них священна. Она не зависит от того,
были жертвы обусловлены военной целесообразностью или нет. С другой
стороны,  высокая цена победы не мажет затмить вклада советских на-
родов в разгром фашизма.  Наши вооруженные силы постоянно отвлекали
на  себя большую часть войск противника.  Более двух третей его по-
терь приходится на наш фронт.  Об этом мы говорим без всяких огово-
рок.  Недаром  многие  западные  исследователи отождествляют провал
"восточного похода" гитлеровцев с итогами всей второй мировой  вой-
ны.
Среди источников победы на первый план справедливо  выдвигается
массовый  героизм советских людей.  Но в наших книгах он до сих пор
представлен отдельными подвигами,  совершенными в экстремальных ус-
ловиях. Ничуть не преуменьшая их значимости, пора обратить внимание
на главное - коллективный подвиг частей,  соединений, заводов, кол-
хозов.  Это героизм другого рода - длительный и тяжелый, это ратный
труд миллионов красноармейцев  в  условиях  постоянной  смертельной
опасности,  беззаветный труд миллионов рабочих, крестьян, служащих,
научно-технической интеллигенции,  при предельном напряжении духов-
ных  и физических сил,  часто в условиях голода и холода.  И святой

- 16 -

долг советских ученых - создать наконец историю,  достойную великой
Победы, завоеванной столь непомерно высокой ценой.

ДИКТАТУРА   СТАЛИНА   В  ГОДЫ   ВОЙНЫ

В результате огромных усилий и активной  деятельности  масс  со-
ветских людей, соединения их энтузиазма и личной заинтересованности
в победоносном исходе войны,  организаторской  деятельности  прави-
тельства,  советских,  военных, научных и других организаций в ходе
войны удалось локализовать негативные последствия  административных
методов  управления и обеспечить создание единой,  хорошо слаженной
системы взаимодействия фронта и тыла.
30 июня 1941 г.  был образован Государственный Комитет Обороны.
Основное внимание было обращено на укрепление армии. Советские Воо-
руженные  Силы  в сражениях изматывали и обескровливали силы врага.
Одновременно шел процесс развертывания и наращивания  военной  мощи
нашей страны.  Однако существующая жесткая централизация в условиях
войны лишала систему управления гибкости,  ограничивала возможности
учета конкретных условий, сковывала инициативу.
Вопрос о том,  какой ценой досталась  победа,  возникал  давно,
Нельзя сказать,  что в период воины совсем не говорилось о потерях.
Приказы содержали фразу:  "Вечная слава павшим  героям...".  Однако
число их тщательно обходилось молчанием, сообщалось только о колос-
сальных потерях немцев.  По окончании войны Наркомат обороны  СССР,
нарушив нравственную традицию цивилизованных народов,  не опублико-
вал поименных списков погибших и пленных. Первоначально упоминалось
о 7 миллионах погибших.  Хрущев назвал число 20 млн., Брежнев - бо-
лее 20 млн, В последние годы советские ученые называют уже цифру 27
млн., однако и ее, думается, нельзя считать окончательной.
Далеко не изучены и громадные  материальные  затраты  СССР.  Не

- 17 -

осуществлен  и сравнительный анализ материальных потерь государств,
участвовавших в войне.
Так почему же цена победы советского народа оказалась столь не-
имоверно высокой?  Главная из так называемых "внутренних причин"  -
это  диктат и некомпетентность руководства подготовкой страны и ве-
дением войны со стороны Сталина и ряда его ближайших советников. Во
время войны эти негативные проявления усилились. Но наряду с ними и
вопреки им с каждым годом войны росли опыт и профессионализм коман-
диров и красноармейцев, развивалась инициатива тружеников тыла.
Во-вторых, незадолго до войны было необоснованно репрессировано
около 40 тыс. командиров Красной Армии, причем преимущественно тех,
кто разделял передовые военно-стратегические взгляды. "Без тридцать
седьмого года,  - по мнению маршала А. В. Василевского, - возможно,
и не было бы вообще войны в сорок первом голу".  Среди безвинно по-
гибших были крупнейшие военачальники:  Тухачевский, Блюхер, Егоров,
Якир,  Уборевич,  Корк,  Ковтюх, Федько, Уншлихт, Дыбенко, Эйдеман,
Гамарник  и многие другие.  Таких потерь командного состава в столь
короткий срок наша армия не имела даже в период войны. В результате
к началу войны только 7%  командиров наших Вооруженных Сил к началу
войны только 7% командиров наших Вооруженных Сил имели высшее обра-
зование,  а 37% не прошли полного курса обучения даже в средних во-
енных заведениях.
Репрессии причинили огромный вред советской военной науке,  ко-
торая в предвоенные годы интенсивно  развивалась.  Были  арестованы
многие  ведущие  конструкторы  военной техники:  Туполев,  Королев,
Клейменов,  Лангемак,  Глушко,  Гороховский, Поликарпов, Архангель-
ский, Сухой и др.
В начале войны Красная Армия, потерпев поражение, вынуждена бы-
ла отступать в глубь страны,  неся тяжелые потери.  Сталин объяснял
это фактором внезапности нападения Германии.  В каком смысле  можно
считать нападение внезапным?

- 18 -

С сентября 1940 г. стали поступать (из Англии, Швеции, Япопии и
других стран) данные о планах Гитлера и подготовке Германии к войне
против СССР.  Разведуправление Генерального штаба РККА своевременно
вскрыло  политические  планы  и стратегические замыслы гитлеровской
Германии и доложило о них военно-политическому руководству СССР.  О
реакции  руководства страны на данные военной разведки свидетельст-
вует заявление ТАСС от 14 июня 1941 г., в котором говорилось: "Слу-
хи о том,  что СССР готовится к войне с Германией, являются лживыми
и провокационными...". Даже самые последние предвоенные дни реакция
правительства на донесения военной разведки была негативной. На до-
несение военного атташе во Франции от 21 июня 1941 г.,  что нападе-
ния следует ожидать 22 июня, имеется резолюция Сталина: "Эта инфор-
мация является английской провокацией.  Разузнайте,  кто автор этой
провокации, и накажите его", Столь же категоричной была и резолюция
Берии на документе,  датированная 21 июня 1941 г.:  "Секретных сот-
рудников "Ястреба",  "Кармен",  "Верного" за систематическую дезин-
формацию стереть в лагерную пыль... Остальных строго предупредить".
"Внезапность" нападения Германии повергла в шок советское руко-
водство. В первые дни войны Сталин находился, по оценке адмирала И.
С. Исакова, в состоянии, близком к прострации. Гибли целые армии, а
он уединился на даче в Кунцево.  Нечто подобное повторилось со Ста-
линым  и в октябре-ноябре 1941 г.,  когда у него,  по свидетельству
Жукова и Микояна,  возникло решение о сдаче Москвы  и  зондировании
отношений с Германией.  Таким образом, "внезапность" нападения Гер-
мании в первую очередь можно объяснить  политической  близорукостью
Сталина и его окружения.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Низкий уровень  профессионализма советского руководства в усло-
виях войны привел к лозунгу "Победа любой ценой!".  Ему были подчи-

- 19 -

нены приказы 270 (1941 г.) и 227 (1942 г.).  Первый из них объявлял
"предателями" всех военнослужащих Красной Армии,  попавших в  плен,
хотя  подавляющее  большинство из них оказалось в плену по вине ко-
мандования. Еще более жестким был второй приказ - "Ни шагу назад!",
появившийся после поражения под Ленинградом,  в Крыму и под Харько-
вом. По этому приказу были введены штрафные батальоны. Приказ восп-
рещал любой отход, что вело к новым безрассудным потерям.
Известно, что в нашей стране нет семьи,  в которой не  было  бы
Жертв войны. СCCP потерял десятки миллионов наиболее активных и де-
еспособных граждан.  Планы фашистской Германии  послевоенного  уст-
ройства  мира  не  оставляли никаких сомнений В проведении политики
геноцида по отношению к народам Советской России.  Еще до нападения
на СССР гитлеровцами предусматривалось расчленение европейской тер-
ритории нашей страны на четыре части и  создание  там  новых  госу-
дарств.  В дальнейшем эти государственные образования планировалось
включить в состав германского рейха. Освободившиеся земли уже в хо-
де войны планировалось заселить немцами и представителями родствен-
ных народов.
Среди источников  нашей победы в Великой Отечественной войне на
первый план справедливо выдвигается массовый геноизм советских  лю-
дей,  Однако  в книгах он до сих пор представляется как подвиги от-
дельных личностей.  На наш взгляд,  следует  обратить  внимание  на
главное - на коллективный подвиг частей,  соединений, заводов, кол-
хозов,  советских ученых. Это - героизм другого рода - длительный и
тяжелый  ратный труд миллионов красноармейцев в условиях постоянной
смертельной опасности,  беззаветный труд миллионов рабочих, кресть-
ян,  служащих, научно-технической интеллигенции при предельном нап-
ряжении духовных и физических сил,  часто в условиях голода и холо-
да.



- 20 -





ЛИТЕРАТУРА


1. Вторая мировая война. Краткая история - Наука 1984г

2. Военно-исторический журнал. N2, 1991г

3. Вопросы истории N6, 1989г

4. Журнал Коммунист N6, 1990г

5. Урок дает история - Политиздат 1989г

6. Международная жизнь N9, 1988г

7. Антифашистскаясолидарность в годы второй мировой войны -

Киев: Наукова думка 1987г


Похожие сочинения